Пейзажная живопись ранней Ахматовой

Главная » Культура и исскуство » Пейзажная живопись ранней Ахматовой

Поэзия Ахматовой до сих пор невероятно популярна. В чем ее сила? Послушаем, что пишет А. Марченко в своей книге про поэтессу:

Если мы внимательно приглядимся к пейзажной живописи ранней Ахматовой, то увидим, что и здесь на реальный живой — натуральный — пейзаж сплошь и рядом накладывается эстетизирующий и обогащающий его если и не совсем орнамент, то, во всяком случае, достаточно проявленный «узор». Но для того, чтобы обнаружить это структурное сходство, надо прежде всего отказаться от привычных сопоставлений — по тематической линии, иначе очень легко убедить себя не только в том, что поэтические миры Есенина и Ахматовой — «разные планеты», но и в том, что они вращаются вокруг разных «солнц»… Да, города Есенина не любит и никогда не полюбит, в поэзии же Ахматовой — город вмешивается в каждую строчку, «отдается в каждом слоге» — высокомерный, великолепный, тот самый «заграничный», голландский город, красота которого так восхищала Есенина-человека и оставляла холодным Есенина-поэта, — «сюжет» очень выгодный для противопоставления. Однако если «содрать кожуру» и с этого «предмета», то и здесь можно найти материал для сопоставления. И ахматовский Петербург, и есенинскую Рязань мы узнаем в первом же эскизе — в последующих он только обрастает подробностями — образ «движется», «как ладья по воде».

Ахматова

И Ахматова и Есенин, казалось бы, следят только за тем, чтобы как можно точнее и выразительнее передать ощущение, но рядом с почти рисунком с натуры и на равных правах с ним возникает еще одно изображение — его окультуренный, пропущенный через цветное стекло восприятия вариант (Булонский лес и Булонский лес, нарисованный тушью!). И эти два разных ландшафта нам предлагается слить в воображении. Стереоэффект особенно ощутим в загородных пейзажах Ахматовой — он придает этим полуландшафтам-полуинтерьерам терпкую изысканность. Пейзаж обставляется в зависимости от характера любовного «приключения». Он может быть похожим и на прелестный будуар, освещенный «белым пламенем» «ледяных ослепительных роз», и на высокий, просторный осенний храм…

Но чаще, особенно в стихах молодой Ахматовой, пейзаж складывается в букет, и не просто букет, а с определенным, символическим значением, букет-предсказание. На фоне тускло-черного неба — красные прутья лозы, и парковые водопады, и как бы соединяющие струящийся блеск падающей воды и блестящую округлость тонких веточек вербы — «две большие стрекозы» (струящиеся прозрачные крылья и похожие на прутики тельца!). И все это в тяжелой старинной раме — «ржавого чугуна ограды».

Цит. по: Марченко А. М. «Поэтический мир Есенина». — М.: Советский писатель, 1989.